Пенсия выросла вдвое: почему старикам всё так же мало?

По данным Росстата, средняя пенсия в России увеличилась почти вдвое за последнее десятилетие: в марте 2016 года она составляла 12,4 тысячи рублей, а в марте 2026-го достигла 25,3 тысячи рублей. Однако за этой цифрой скрывается сложная экономическая реальность, которую на себе ощущают миллионы пожилых граждан.

Экономист, генеральный директор фонда «Содействие предпринимательству» Андрей Бунич советует не доверять номинальным показателям: «Номинальные цифры вообще ни о чем не говорят, нужно считать, что называется, в реальном выражении. То есть реальные выплаты, при расчете которых вычитается инфляция за каждый год». По его словам, инфляция сильнее всего бьет по людям с небольшими доходами, поэтому любой рост быстро съедается ростом цен на товары первой необходимости.

Бунич напомнил, что в 2018 году министр финансов Антон Силуанов обещал: после пенсионной реформы пожилые россияне смогут путешествовать и помогать родственникам. «Конечно, этого не будет. Социальная политика нацелена только на обеспечение физиологических и самых основных бытовых потребностей [пенсионера]», — отмечает экономист. Речь, по его мнению, идет не об улучшении качества жизни, а лишь о сохранении уровня десятилетней давности.

Профессор Института государственного управления РАНХиГС Александр Щербаков сомневается даже в 10–15% реального роста пенсий за десятилетие. Он указывает на устаревшую методологию Росстата: «Подход такой: у пенсионера уже нет расходов на спортивную обувь, нет расходов на мероприятия, связанные с двигательной активностью. Ему якобы остается только ходить в аптеку». Но на деле современные пенсионеры ведут активный образ жизни: посещают танцы, экскурсии, занимаются скандинавской ходьбой, участвуют в программах долголетия, что требует дополнительных средств.

Главный парадокс ситуации — государство одновременно призывает пенсионеров к активности, но рассчитывает их доходы так, будто они должны лишь доживать свой век между диваном и аптекой. Потребительская корзина, заложенная в статистику двадцать лет назад, уже не отражает реальных запросов пожилых людей. Как отмечает Щербаков, «реальная потребительская корзина пенсионера может уже не отвечать тем требованиям, которые были определены лет 20 назад».